Ренцо Пьяно и ГЭС-2: Почему Москве повезло

ГЭС-2 — мёртвый участок между Болотной площадью и «Красным Октябрём» со сваленным за забором строительным мусором. К 2019 году здесь должен появиться новый московский арт-центр. Он мог бы стать очередным, если бы за переосмысление территории не взялась мировая звезда архитектуры, автор парижского Центра Помпиду Ренцо Пьяно.

Фото: Иван Ерофеев
Фото: Иван Ерофеев
Фото: Иван Ерофеев
Фото: Иван Ерофеев
Фото: Иван Ерофеев

На месте одной из старейших столичных гидроэлектростанций, которая поставляла электричество для московских трамваев, появится лес. Пока непонятно, как он уместится на территории в 150 квадратов вместе с реконструированным зданием и парковкой на 300 машин. Известно лишь, что первый этаж здания будет просматриваться насквозь, а на остальных будут прозрачные потолки. «Небольшой лес в центре Москвы совершенно бесполезен, но он и абсолютно необходим, потому что это красиво, а красота — это то, что может изменить мир», — считает Пьяно.

Центр будет посвящён искусству в самом широком смысле. И здание для него должно не только удивлять, но и учить, считает архитектор: «Здесь у нас будет библиотека, работающая на возобновляемой энергии (солнечных батареях. — Прим. ред.) для детей, которые будут приходить сюда и расти с пониманием того, что мир весьма хрупок».

Ренцо Пьяно известен своими музейными архитектурными проектами во всём мире и был неоднократно отмечен наградами и премиями, в том числе — Притцкеровской премией. Архитектурную школу он окончил, параллельно работая в компании отца. Причём по правилам старой школы он чуть ли не ежедневно посещал строительные площадки, так что не понаслышке знает весь процесс строительства. В 1971 году Пьяно основал бюро Piano & Rogers вместе с британским архитектором Ричардом Роджерсом, и через шесть лет они прославились на весь мир после открытия Центра Помпиду. В тот же год Пьяно открыл новую фирму L’Atelier Piano & Rice в соавторстве с инженером Питером Райсом, а в 1993 году, после смерти Райса, создал существующее ныне бюро Renzo Piano Building Workshop, в котором работают около ста специалистов в Париже и Генуе и которое и будет ответственным за обновление ГЭС-2 в Москве.

Шесть музеев Ренцо Пьяно

78-летний итальянский архитектор считается одним из создателей стиля хай-тек. За свою карьеру он успел построить и переделать немало зданий, но специализируется именно на музейных центрах. В спроектированных им пространствах не просто выставляются картины или скульптуры. В соседних залах, а иногда и прямо в галереях проходят мастер-классы, устраиваются концерты и кинопоказы, читают лекции. Strelka Magazine выбрал шесть музеев Пьяно, черты которых может унаследовать московская ГЭС.

ВСКРЫТЫЕ КОММУНИКАЦИИ

Центр Помпиду / Фото: Scarletgreen / Flickr.com
Центр Помпиду / Фото: Rory Hyde / Flickr.com
Центр Помпиду / Фото: Rory Hyde / Flickr.com
Центр Помпиду / Фото: Scarletgreen / Flickr.com

Самое знаменитое здание Пьяно — Центр Помпиду, открытый в 1977 году в Париже. Новаторство совместного с Ричардом Роджерсом проекта, выбранного из 680 претендентов, в том, что все коммуникации и технические конструкции выведены наружу. Благодаря этому внутри и так непомерно большой для французской столицы постройки освободили дополнительное место для библиотеки, кинотеатра и лекториев. А вентиляционные трубы, водопровод, электропроводку, эскалаторы и лифты, которые видно с улицы, раскрасили яркими красками.

Научный музей NEMO / Фото: rpbw.com
Научный музей NEMO / Фото: rpbw.com
Научный музей NEMO / Фото: rpbw.com
Научный музей NEMO / Фото: rpbw.com
Научный музей NEMO / Фото: rpbw.com

По замыслу, Научный музей NEMO в Амстердаме должен пробуждать в школьниках интерес к науке. Соответственно задаче для здания была выбрана форма наполовину ушедшего под воду корабля. Вентиляционные трубы и стальные перекрытия в нём не спрятаны в стены, а пропущены прямо в коридорах. Как настоящий корабль, музей покрывается патиной, поэтому его медная обшивка постепенно зеленеет. 

КОНТАКТ С ПРИРОДОЙ

Культурный центр Тжибау в Новой Каледонии / Фото: rpbw.com
Культурный центр Тжибау в Новой Каледонии / Фото: rpbw.com
Культурный центр Тжибау в Новой Каледонии / Фото: rpbw.com
Культурный центр Тжибау в Новой Каледонии / Фото: rpbw.com
Культурный центр Тжибау в Новой Каледонии / Фото: rpbw.com

Культурный центр Тжибау в Новой Каледонии, островной области Франции, состоит из десяти огромных конусообразных сооружений на узкой полосе земли в Тихом океане. Их форма напоминает хижины островитян и решает функциональные задачи. Деревянные экраны на стальных опорах не только защищают от морского ветра, но и создают естественную вентиляцию — порывы, проходя через щели, выталкивают горячий воздух из верхних частей зданий. Микроклимат поддерживается и благодаря обилию древесины, в том числе местных пород, которые медленно нагреваются и долго сохраняют тепло. У павильонов разные назначения: кроме временных и постоянных экспозиций и кафе, здесь есть учебные аудитории для изучения истории Новой Каледонии.

Центр Пауля Клее / Фото: rpbw.com
Центр Пауля Клее / Фото: rpbw.com
Центр Пауля Клее / Фото: rpbw.com
Центр Пауля Клее / Фото: rpbw.com
Центр Пауля Клее / Фото: rpbw.com
Центр Пауля Клее / Фото: rpbw.com

Павильоны Центра Пауля Клее, по замыслу создателя, повторяют силуэты холмов швейцарского Берна. Здесь хранится самая крупная коллекция картин теоретика и практика европейского авангарда. Поскольку большая часть полотен чувствительна к свету, основная часть комплекса располагается под землёй. Для этого с площадки вывезли 180 тысяч кубометров грунта, но снаружи создаётся иллюзия ландшафтной архитектуры, подстраивающейся под природу, а издалека комплекс и вовсе незаметен.

СВЕТ, СТЕКЛО И ОТКРЫТЫЕ ПРОСТРАНСТВА

Музей Аструпа-Фернли / Фото: rpbw.com
Музей Аструпа-Фернли / Фото: rpbw.com
Музей Аструпа-Фернли / Фото: rpbw.com
Музей Аструпа-Фернли / Фото: rpbw.com
Музей Аструпа-Фернли / Фото: rpbw.com
Музей Аструпа-Фернли / Фото: rpbw.com

Для норвежского мецената Ханса Расмуса Аструпа Пьяно строил сразу три здания: зал для временных экспозиций, офис и частную галерею. Поместив их на два разделённых каналом острова, сверху архитектор положил изогнутую стеклянную крышу, а корпуса соединил мостками. Всё необходимое освещение даёт солнечный свет благодаря системе атриумов и прозрачных потолков. Для гостей по соседству разбит парк. После открытия Музея Аструпа-Фернли к нему потянулись небольшие галереи, в результате в Осло сформировался музейный остров. В Москве центр Пьяно должен завершить формирование культурно-образовательной зоны между двумя Третьяковками.

Музей искусств Гарвардского университета / Фото: rpbw.com
Музей искусств Гарвардского университета / Фото: rpbw.com
Музей искусств Гарвардского университета / Фото: rpbw.com
Музей искусств Гарвардского университета / Фото: rpbw.com
Музей искусств Гарвардского университета / Фото: rpbw.com
Музей искусств Гарвардского университета / Фото: rpbw.com

Музей искусств Гарвардского университета — одна из последних работ архитектора. Три автономных музея, посвящённые разным периодам и направлениям в искусстве, он также покрыл общей крышей и объединил в единый комплекс. В результате между ними появилось новое пространство, а здания между собой связал залитый светом коридор. На простой в описании проект потребовалось восемь лет и 350 миллионов долларов от университета. Стоимость реновации ГЭС в центре Москвы не раскрывается, но траты вряд ли будут меньше.

В Италии мы называем это La Bottega

Как и многие другие прославившиеся архитекторы, Ренцо Пьяно сформировал вокруг себя школу. Правда, обучение в ней длится всего полгода, и за это время нет ни одного учебного дня — только рабочие. Такая система, по словам Пьяно, существовала в мастерских эпохи Возрождения и называлась La Bottega. «La Bottega — это идея эпохи Ренессанса, когда ты учишься, делая, и учишь, показывая», — поясняет он.

Программа действует с 1992 года. По ней студенты-архитекторы последних курсов работают не только в студиях в Генуе и Париже, но и на стройплощадках, заливая бетон и забивая сваи. Так сам Пьяно учился, работая в компании своего отца. Стать участником программы можно только по договорённости фонда с университетом. Возможно, приезд архитектора в Москву и начало работы над проектом на «Красном Октябре» способствует тому, что такие соглашения с российскими вузами будут заключаться чаще. Тем более что программа обучения полностью оплачивается принимающей стороной.