Специалисты о проекте «Новая Москва»: Медведевский эксперимент провалился

Дискуссия о Новой Москве стала одной из самых живых и спорных на Московском урбанистическом форуме 16 октября. Следом за оглашением официальных планов по развитию этой территории Григорий Ревзин и Алексей Новиков рассказали, почему, на их взгляд, эксперимент «Новая Москва» провалился. Strelka Magazine приводит выдержки из выступлений участников.

Участники

Владимир Жидкин, руководитель Департамента развития новых территорий

Сергей Кузнецов, главный архитектор Москвы

Алексей Новиков, декан Высшей школы урбанистики при Высшей школе экономики

Григорий Ревзин, партнер КБ «Стрелка» и архитектурный критик

Владимир Жидкин: «Мы определяем оптимальную структуру занятости — это примерно миллион рабочих мест. Также мы определяем эффективность мест приложения труда с тем, чтобы через 20 лет, когда Новая Москва будет построена, максимальное количество прибыли шло в бюджет Москвы, — при сегодняшних ценах можно говорить о 250 млрд в год».

Сергей Кузнецов: «Действительно, мы столкнулись с тем, что понимаем, что создание комфортной среды во многом зависит элементарно от рабочего процесса планирования и нормативов, по которым будут размещаться жилые объекты. И пытаясь на уровне проектов планировок, диалога вести некие дебаты и склонять архитекторов, девелоперов, инвесторов к некой линии, как нам кажется, правильной застройки».

Алексей Новиков: «Я восхищаюсь Владимиром Федоровичем [Жидкиным] и Сергеем Олеговичем [Кузнецовым], которые вынуждены в рамках сложившейся ситуации сейчас развивать эту территорию.

Ошибка состоит в том, что территория с совершенно другим правовым режимом попала в тот контекст, который к этому был совершенно не готов. Таких случаев в мире вообще нет. Мало того что программа объединения муниципалитетов, аннексии, как правило, проваливались, если проводились какие-то серьезные референдумы на этот счет. Но такого рода ситуации, когда крупный мегаполис присоединяет совершенно инородную территорию, а потом вынужден ей управлять, просто в мире не существует. Ситуация тяжелая, напряженная, но нет худа без добра, есть возможность каким-то образом понять, как работают агломерационные механизмы и что может сделать городская власть, планировщики, девелоперы и так далее.

На мой взгляд, выход здесь очевиден — координация систем градорегулирования между Москвой, Новой Москвой и областью. Проблемы, которые возникают сейчас, уже просто вопиющие. Речь о том, что на границах Новой Москвы возник градиент правовых режимов, который резко возбудил девелоперскую активность и который создаёт проблемы дискоординации между транспортниками, жилищниками и так далее».

Григорий Резвин: «2012 год, Медведев, когда присоединяется Новая Москва, говорит: «Новые районы столицы не должны быть просто спальными безликими кварталами. Таких у нас и в стране, к сожалению, и в Москве хватает. Предполагается рассмотреть вопрос о полном запрете строительства жилья по старым технологиям. Необходимо подключить к проектированию ведущие архитектурные мировые компании. Новые территории должны застраиваться в основном малоэтажными зданиями по современным европейским нормам». С такими словами Новая Москва была присоединена к Москве. Идея заключалась в том, что Новая Москва — это модернизационный механизм для создания новой России. Там должна быть новая система расселения, по сути, европейская субурбия. Можно это назвать городом-садом или как-то ещё: там должны быть инновационные бизнесы, по сути, новое государственное управление, новые финансы, новые университеты, новая наука. Новая страна, которую мы возьмем и построим под Москвой.

Из этого не удалось сделать ничего. На сегодняшний день мы не видим малоэтажного строительства этих самых субурбий. Оно есть, но составляет порядка 5% от общего строительства в Новой Москве. Что касается инновационных функций, есть некоторая проблема. Хотя Сколково формально входит в Новую Москву, реально Сколково выступает скорее как конкурент Новой Москвы. Поэтому, как только в Новой Москве заводится какая-то инновационная функция, её через некоторое время Сколково перетягивает к себе. Последнее, что мы видели, это переход туда медицинского кластера, который теперь будет строиться в Сколково.

Я уверен, что все предложения, которые возникают относительно любой инновационной экономики, которые будут происходить в Новой Москве, постепенно будут убегать или в Сколково, или, если это касается финансового сектора, под Звенигород. Единственная функция, которой плохо в Москве и она действительно могла бы развиваться в Новой Москве, это логистическая. Это в районе Бекасово, и это совершенно правильная мера, но ни о какой инновационной экономике речи не идёт.

Почему это провалилось? Конечно, весь идеалистический замысел новой страны, который был у Медведева, ушёл вместе с Медведевым. Понятно, что есть политическая воля. Но, помимо этого, есть и куда более банальные сюжеты. То, что мы вчера предварительно обсуждали с Маратом Шакирзяновичем [Хуснуллиным], это конкуренция между Москвой и Московской областью. Вообще, это выглядит довольно абсурдно. Надо понимать, что Московская область как конкурент — это всё равно что торговый киоск, который конкурирует с супермаркетом. Бюджет очень маленький, гораздо меньше управленческие возможности, несравнимые субъекты экономической активности. Но тем не менее, поскольку территория — её новый ресурс, Московская область навязала Новой Москве повестку для конкуренции. Это довольно странно. Вроде, Москва должна была ей навязать, но нет, произошло наоборот.

Отчасти это связано с тем, что были выданы разрешения на строительство 16 млн квадратных метров до присоединения Новой Москвы. Ведь сейчас в Новой Москве построено 5 млн квадратных метров жилья, значит, лимит не выбран ещё на треть. Понятно, что Сергей Олегович [Кузнецов] эти микрорайоны улучшает, вводит туда квартальную застройку, но по сути это [по-прежнему] является тем же микрорайоном. Такое наследство, понятно.

С другой стороны, конкуренция происходит буквально по границе. С одной стороны строят дешевое жилье — микрорайоны, мы [с нашей стороны] тоже будем их строить, потому что мы с ними конкурируем. В этом смысле Москва не выполняет своей цивилизационной роли, но она ведет себя как разумный агент экономической деятельности. А что вы хотите на том же поле? Либо надо деньги тратить, чтобы России объяснять, как Медведев рассказывал, как это сделать, либо надо зарабатывать деньги, вести себя разумно. Мы так и делаем.

Что получается в результате — это довольно удивительные сюжеты. Это такие селитьбы, где на место бывших колхозов или фабрик вступают офисные центры, и они — в пешеходной доступности. Мы практически нигде в мире такого не знаем, потому что офисные парки существуют обычно отдельно от жилья. Есть коттеджи, откуда люди ездят к этим офисам. Исключение [можно найти] в Китае: там тоже есть такая система, массовое жилье возле офисных парков. Эта многоквартирная структура для нас новая. У Сергея Олеговича [Кузнецова] планируется 50-процентная пешеходная доступность до рабочих мест, это потрясающий результат, нигде такого не бывает для офисной деятельности. Такие деревни с офисными центрами, которые в известном смысле являются инновационным продуктом, [ведь] такого никто не делает. Результаты интересны, не знаю, что из этого получится. Для кого? Тоже не очень понятно. Спасибо».

Презентация исследования «Как построить Новую Москву» состоится на публичном дне МУФ 17 октября в рамках фестивального дня, в 11:30, в зале G.