​Рецензия: Альдо Росси — «Архитектура города»

В ноябре в издательстве Strelka Press вышла книга итальянского архитектора и урбаниста, лауреата Притцкеровской премии 1990 года Альдо Росси «Архитектура города». Из чего состоит «душа города», почему излишний рационализм чреват катастрофами, как представляли архитектуру Гюго и Вольтер, и как крупные поселения пережили феодализм, в своей рецензии на книгу рассказал Алексей Павперов.

Один из ключевых американских критиков архитектуры Ада Луиза Хакстейбл называла Альдо Росси поэтом, которому случилось стать архитектором. Действительно, его ключевая работа «Архитектура города» — это гимн уникальной и трудноуловимой l’âme de la cité, душе места, которая тесно переплетена с историей и коллективной памятью, а также является, по мнению Росси, системообразующим фактором обустройства пространства.

Отправная точка рассуждений автора — полемика против «наивного функционализма», который на момент публикации книги в 1966 году был достаточно сильно распространён в урбанистических и архитектурных исследованиях. Росси не согласен, что строение и развитие города определяются исключительно необходимостью к распределению тех или иных функций.

Также он не готов, следуя теории Макса Вебера, объяснять эти процессы большей частью «экономическими» категориями. Как города, так и локации внутри них не могут существовать исключительно по законам функциональности и полезности, потому как функции пространств меняются, войны, катастрофы и реконструкции преображают планировку улиц, технологии и рост меняют инфраструктуру и расселение, но сами места и «логика» города сохраняют свою самобытность.

Города в книге Росси живут, накапливают шрамы и тёмные пятна уникальных пространств, обладают собственной экосистемой. Они трансформируются и развиваются благодаря напряжению, которое создаётся между зонами и их внутренними элементами, одним районом и другим. Это напряжение определяется различием существующих фактов городской среды — памятников и мест силы, опорных точек, которые работают словно булавки, скрепляющие облик поселения и выражающие накопившуюся внутри коллективную и историческую память. Их игнорирование, как и слепота к образующим их первичным элементам — сложившимся архитектурным типам и формам, городским планам и культурным традициям — может стать непоправимой ошибкой.

Какая, например, случилась в связи с обширной реновацией Шеффилда: английские архитекторы обнаружили, что разрушение трущоб ведёт и к разрушению сообществ, которые оказываются не готовы автоматически перестроиться под новые районы с низкой плотностью заселения. Или, к счастью, так и не осуществившийся план реставрации де Турноном римского полиса в 1811 году, в ходе которого предлагалось разбить на территории комплекса парк, при этом уничтожив несколько памятников и в перспективе «лишив нас одного из самых чистых архитектурных образцов». В качестве противоположного им позитивного решения Росси приводит перестройку Рима Сикстом V — она проходила не по «бумажному плану», но по плану, пройденному собственными ногами, прожитому, учитывающему достижения и память прошлого.

План перестройки Рима Сикстом V / карта: commons.wikimedia.org

Может показаться, что Росси увлечён некоего рода урбанистическим детерминизмом, ведь несмотря на весь разворачиваемый им научный аппарат, попытки разносторонних объяснений первичных элементов, локуса (производное от genius loci), фактов и напряжённости городской среды, несмотря на всё это все его рассуждения сводятся к существованию некой внутренней логики города, уже упоминавшейся l’âme de la cité, которая и определяет его развитие. Но, будучи поэтом, Росси всё же остаётся компетентным исследователем. Он внимательно разбирает идеи своих единомышленников и предшественников — политика Карло Каттанео (самый неожиданный источник вдохновения в библиографии автора), исследователя коллективной памяти Мориса Хальбвакса, историков урбанизма Марселя Поэта и Пьера Лаведана. Росси общается не с анонимными текстами или теориями, его сюжеты и претензии всегда связаны с конкретными именами и трактатами, цитаты из которых автор с удовольствием демонстрирует в примечаниях.

Ещё один яркий пример несостоятельности функционализма Росси находит в трудах бельгийского историка Анри Пиренна. Тот пишет, что города Римской империи создавались как системные элементы государства, их месторасположение учитывало географические особенности и существовавшие на тот момент торговые пути. При феодализме с преобладанием земледельческой структуры общества практического смысла для существования городов, казалось бы, не оставалось. Крупные поселения пришли в упадок, но не исчезли совсем — они стали религиозными центрами, в которых основывались католические храмы. Пиренн указывает, что наличие епископской резиденции, чей авторитет не оспаривался феодалами, а отнюдь не преемственность городских институтов спасло город от краха. С течением времени города начали восстанавливать свои изначальные функции и влияние.

Росси вообще не терпит слишком сухого, замкнутого на себе рационального подхода к строительству или пренебрежения контекстом окружающей среды. «Многие горожане построили великолепные здания, которые <...> удовлетворяли частное стремление к роскоши более, нежели украшали собою город», — цитирует он Вольтера, и перед глазами современного читателя проявляется вся неловкость и безвыходность этой ситуации, настолько хорошо она ему знакома.

Также город в концепции Росси — артефакт, изделие, результат бессознательного коллективного труда и в то же время произведение искусства, блестящее достижение человеческой культуры, анализом которого предлагается заняться с пытливостью и страстью искусствоведа, застывшего в изумлении перед несомненным шедевром. Росси, безусловно, ставит урбанистику в ряд гуманитарных наук и предлагает читать морфологию города не через зональность, функциональность или что-то ещё, а через архитектуру, то есть «технику» — отношение между коллективным фактом и теми, кто реализует и развивает его. В качестве программы для своего исследования Росси выбирает цитату из Виктора Гюго, которую делает эпиграфом к одной из глав: «Крупнейшие памятники прошлого — это не столько творения отдельной личности, сколько целого общества; <...> наслоения, отложенные веками, гуща, оставшаяся в результате последовательного испарения человеческого общества; словом, это своего рода органическая формация».

Следующее программное заявление Росси — «значительная часть наших исследований должна быть посвящена истории идеи города». Подключая убедительный каталог текстов и используя строгий научный инструментарий, автор делает свой внушительный вклад в урбанистику — легитимизирует вопрос о самобытности городской архитектуры как целостного явления и делает его одним из основополагающих факторов всей дисциплины.

Книгу Альдо Росси «Архитектура города» можно приобрести в книжном на «Стрелке», книжных магазинах «Фаланстер» и «Циолковский», а также на XVII Ярмарке интеллектуальной литературы non/fiction, которая состоится в Центральном доме художника с 25 по 29 ноября.