Фил Рен: «Относитесь к торговле серьёзнее, и магазины будут выглядеть иначе»

Взгляд английского гуру торговых центров на магазины Москвы — в центре, на периферии и территории между ними.

Фото: Иван Ерофеев

Фил Рен — архитектор, и 25 лет он занимается дизайном и архитектурой торговых пространств. Он превратил псевдовикторианские заброшенные магазины в Болтоне в новые центры притяжения, а ещё один торговый центр воссоздал из бывшего автобусного депо. Теперь он приехал в Москву, чтобы проконсультировать столичных архитекторов по вопросам развития улиц, а перед этим в течение семи часов гулял по ним, исследуя уличную торговлю в Бибиреве, Марьиной Роще и вокруг метро «Кропоткинская». Strelka Magazine попросил Фила Рена рассказать о своих впечатлениях от Москвы, поделиться рецептом архитектуры хорошего магазина, а также вспомнить, как менялись торговые центры последние тридцать лет.

— Вы действительно были в Бибиреве? Как впечатления?

— Да, это был необыкновенный опыт. Впечатления остались, на самом деле, позитивные — там живут и проводят своё время много людей. Конечно, есть свои проблемы, но они типичны для периферии любого города: монотонные пространства без какой бы то ни было идентичности. А у магазинов здесь, как мне кажется, есть много барьеров для развития: то ли нет денег, чтобы построить симпатичный магазин, то ли не у всех есть на это разрешение. Мы вчера обсуждали, что здесь процветает партизанская торговля — люди просто строят свои магазины на свободных участках города.

«Мне интересно создавать торговлю, которая приносила бы удовольствие, вместо того чтобы быть необходимостью»

Ещё мне показалось, что здесь все не слишком заботятся о привлекательности места. Дело даже не столько в дизайне, хотя его действительно не хватает, сколько в желании создавать такие пространства, куда хотелось бы приходить — сейчас люди это делают просто по необходимости. Поэтому одна из важнейших задач для нас — придумать такое решение, которое сделало бы эти пространства более гибкими, помогло бы им реагировать на запросы людей. В идеале — попытаться создать это чувство идентичности.

Торговый центр в Болтоне / Фото: wrenarchitecture.com
Торговый центр в Болтоне / Иллюстрация: wrenarchitecture.com
Торговый центр в Болтоне / Иллюстрация: wrenarchitecture.com
Торговый центр в Болтоне / Фото: wrenarchitecture.com

— А как это можно сделать?

— Идентичность — это всегда о пространствах, а пространства создают люди. Но здесь есть очевидная проблема: идентичность часто строится вокруг памятников и знаковых мест, которых в архитектуре 1950-х и 1960-х было не так много.

Вчера мы исследовали всю Москву: и окраины, и центр города, и территорию, которая располагается между ними. Больше всего проблем, конечно же, на окраинах, я бы сказал, что в центре города мы видим проблемы совсем маленького масштаба, в то время как на окраинах они очень серьёзны. То же происходило и в Европе в течение последних лет: большие торговые центры кажутся подходящим решением на периферии, поскольку в них готовы вкладывать свои инвестиции крупные игроки, но это никогда не сможет создать чувство места.

«Торговля ненавидит лестницы»

Мне интересно создавать торговлю, которая приносила бы удовольствие, вместо того чтобы быть необходимостью, жизненной или коммерческой. Я уверен, что торговля — важная часть человеческого существования. Людям всегда нужно продавать и покупать. После того как вы что-то производите, вы хотите это продать. На рынках вы часто можете увидеть простых людей, например, вчера мы видели даму под зонтиком, которая продаёт журналы. Печально, что она вынуждена зарабатывать себе на существование вот так: улучшить условия её работы будет частью общего решения, потому что она представляет собой часть проблемы.

Реконструкция автобусного депо / Иллюстрация: wrenarchitecture.com
Реконструкция автобусного депо / Иллюстрация: wrenarchitecture.com
Реконструкция автобусного депо / Фото: wrenarchitecture.com
Реконструкция автобусного депо / Иллюстрация: wrenarchitecture.com
Реконструкция автобусного депо / Иллюстрация: wrenarchitecture.com

— Её нужно поддерживать?

— Да, нужно найти ей подходящее место, подходящий киоск. Сейчас всё, что у неё есть, — это журналы и зонтик, которые она приносит в пластиковых сумках. На самом деле всё очень просто: если мы обеспечим ей и другим таким же людям, как она, возможность заниматься торговлей, то местные жители будут больше общаться друг с другом. Это бы развивало местное сообщество, формировало чувство принадлежности к определённому пространству. Чтобы все, кто живёт здесь, чувствовали себя счастливыми от этого. Хорошая добрососедская торговля должна поощрять местных жителей открывать свои магазины, вступать в новые отношения друг с другом. Такая торговля — неотъемлемая часть социальной ткани, я настаиваю на этом, хотя и не вижу ничего плохого в торговых центрах.

— А разве торговые центры не убивают местную торговлю?

— Да, история показала, что это один из возможных путей. Но мне самому надоело ходить по торговым центрам, хочется чего-то особенного. Того же сейчас хочется многим в Западной Европе, и это серьёзная проблема: людям больше не интересны торговые центры, и с этими огромными площадями тоже нужно что-то делать.

— А какие были ваши впечатления от Октябрьской и Трифоновской, тех улиц, которые были расположены в срединной зоне между центром и периферией?

— Качество торговых пространств здесь выше. Вероятно, доход у людей, которые живут здесь, побольше: больше активности в торговле, есть кофейни. Хотя дизайн торговых пространств не сильно лучше. Я видел много откровенно глупых вещей: например, чтобы попасть в тот или иной магазин, зачем-то нужно подняться по трём ступенькам. В то время как базовое правило хорошей торговли — не создавать никаких преград у входа, чтобы в магазин было удобно заходить и пожилым людям, и женщинам с детскими колясками. Торговля ненавидит лестницы. В более широком смысле проблема заключается в том, что вам нужно засунуть торговлю в пространства первых этажей домов, которые для этого совершенно не предназначены: пол первого этажа приподнят, а потолки не превышают 2,7 метра.

Фото: архив Института «Стрелка»
Московские торговые палатки / Фото: Nicolas Mirguet / Flickr.com
Фото: Антон Акимов / проект «Невидимые города»
Фото: архив Института «Стрелка»

Другая проблема, совершенно не связанная с этой объективной реальностью, заключается в том, что магазины в Москве часто баррикадируют свои окна, так что совершенно не возможно даже догадаться о том, что же там продаётся внутри. Я не понимаю, почему люди это делают. Это ещё одно базовое правило хорошего магазина: окна должны просматриваться так, чтобы с улицы можно было увидеть, что же там продаётся, а изнутри понимать, что сейчас происходит на улице. С точки зрения психологии людям так просто будет спокойнее. Вот простые правила дизайна торговых пространств, которые можно было бы применить в этой срединной зоне, и всё стало бы немного получше, но это скорее про презентацию пространства, его большую доступность.

— Так, а в самом центре?

— В самом центре, мне кажется, острее стоит вопрос создания хороших пешеходных зон. Здесь есть много элегантных зданий, за которыми достойно ухаживают. Но тротуары здесь такие узкие, что вездесущие ступеньки у входа в магазин сужают их почти на метр. Так что нужно улучшить качество пространства и сделать его снова пешеходным, разработать руководство, которому бы следовали владельцы магазинов в городе, хотя бы когда открывают новые торговые пространства.

— Давайте подведём промежуточные итоги: секрет хорошего торгового пространства — доступность?

— Да, доступность, прозрачность, хороший брендинг. Это важно везде, но в центре критично, чтобы пространство было уникальным. И это касается не только магазинов: для меня бары и кафе — это та же самая торговля. А ещё довольно интересно думать, что случается там, где происходит партизанский захват торговли. Весь секрет в том, чтобы выбрать для торговли правильное место: ошибётесь с местом, и всё провалится. А ещё важно создать верное чувство места.

— Можно ли просчитать все эти параметры?

— Да, но это не формула, а просто соответствие определённым нормам. Есть ещё и определённые тенденции: в Западной Европе людям больше не нравятся большие супермаркеты, им нравится делать покупки в своём районе. Большие моллы, в которые нужно ехать далеко за город на машине, страдают от этого. Например, недавно компания Tesco объявила, что она больше не строит новых супермаркетов. Торговля возвращается в районы, делает жизнь горожан интереснее и становится частью социальной ткани. Моя жена француженка, и каждый раз, когда мы оказываемся во Франции, мы идём на местный рынок, где все собираются вместе. Мы знаем каждого, и поход на этот рынок — важное социальное событие, и в этом заключается главный секрет хорошей торговли.

«В моей профессии ретейл всегда считался чем-то не слишком благородным»

— Вы думаете, заброшенные торговые центры будут серьёзной проблемой архитектуры и городского дизайна?

— Я думаю, да. В Великобритании сейчас много занимаются конверсией торговых центров, которые были построены тридцать лет назад. В 1980-е торговые центры строили по 25-30 тысяч квадратных метров, а теперь они строят по 100-250 тысяч квадратов. Большая часть торговли уходит в онлайн: большие бренды одежды больше не хотят работать с маленькими городами, а вместо этого устраивают свои представительства только в мегаполисах. Торговые центры пока чувствуют себя не так плохо, хотя, я уверен, это их коснётся в ближайшее время, но вот большие супермаркеты уже действительно страдают. В Великобритании есть много заброшенных торговых центров, и это финансовая проблема, потому что люди вкладывали свои пенсионные накопления в эти здания, а теперь они больше не приносят дохода. Что мы делаем с одним из зданий в Болтоне, так это привносим туда кино, рестораны, расширяем время их работы: если раньше всё работало с девяти до шести, то теперь — с девяти до полуночи.

— Выходит, что концепция торговли и развлечений поменялась за последние 25 лет радикально?

— Да, конечно. Четверть века назад торговля и развлечение были полностью отделены друг от друга: одни девелоперы занимались ретейлом, другие — развлекательной индустрией. А потом кто-то подумал, что неплохой идеей было бы добавить ко всему этому кино. А сейчас мы видим, что люди тратят на еду вне дома больше денег, чем когда бы то ни было, и это привело к тому, что теперь рестораны и торговля стали намного ближе друг к другу. Правда, если вы меня спросите, как долго продлится идея с кластерами модных ресторанов, я отвечу, что не знаю, всё меняется очень быстро.

ТЦ «Афимолл» / Фото: kishjar? / Flickr.com
Фото: lvinst / Istockphoto.com
Фото: TonyBaggett / Istockphoto.com
ТЦ «Афимолл» / Фото: kishjar? / Flickr.com

— Вы когда-нибудь сталкивались с предрассудками по отношению к своей профессии? Кажется, что всем нравится социальная архитектура, а не ретейл.

— Конечно, в моей профессии ретейл всегда считался чем-то не слишком благородным, не тем, на что стоит тратить свою жизнь. Я не говорю, что заниматься чем-то лучше или хуже, но мне кажется, что если бы люди относились к торговле серьёзнее, то торговые центры выглядели бы иначе. Во всём этом есть определённое влияние Америки, и главная проблема — в изоляции торговых пространств. В некотором смысле торговый центр — это искусственная среда, которая в реальности могла бы быть вполне аутентичной, иметь свою идентичность.

Другая проблема, которую можно часто встретить, — это создание фальшивой идентичности. Когда вы берёте приличное место и заставляете его выглядеть иначе, тратя на это огромные деньги. В Великобритании вся торговля сейчас отлита из бетона, который зачем-то маскируют под кирпичи, оклеивают кирпичными обоями, бетонными кирпичами, всем этим. Смешно, но я помню, как предлагал такой трюк двадцать лет назад, но владельцы магазинов отказались и сказали, что не могут так сделать: люди об этом узнают, почувствуют подвох. Так что всё циклично, но при этом трудно сказать, что за цикл нас ждёт впереди.

— Вы занимаетесь архитектурой торговых зданий больше тридцати лет, что вас держит в профессии так долго?

— Секрет заключается в том, что я наработал в этой сфере большой опыт, и теперь все зовут этим заниматься. Когда архитектор хорошо строит дачи, ему приходится постоянно строить дачи. А ещё, наверное, дело в том, что меня никогда не тянуло к проектированию офисов, это мне кажется скучным: я всегда хотел создавать пространства для людей, и вот почему мне нравится заниматься торговыми пространствами.

Интервью взяла Марина Анциперова