От революционеров до братков: Образ Москвы в фильмах ХХ века

Москва в кино ХХ века менялась сильнее, чем Москва настоящая. Режиссёры с годами не только фиксировали изменения на улицах, они по-разному их интерпретировали. Так из буржуазного города Москва превратилась в показательную советскую столицу, а потом оказалась мрачным, местами гламурным городом. О том, на что стоит обратить внимание при просмотре снятого в Москве кино, рассказывает экскурсовод и автор городского киноблога Татьяна Воронцова.

Фото: oldmos.ru

«Революционер» (1917)

Фильм снят весной 1917 года между двумя революциями. Сюжет для того времени очень актуален: освобождённый от каторги революционер возвращается домой и встречает сына-большевика. Отец убеждает сына в порочности большевизма. Вместе они уезжают на фронт добровольцами.

«Революционер» — одно из первых обращений отечественного кино к современности. До этого снимали в основном исторические фильмы или обрабатывали литературные произведения. Но в начале 1917 года предреволюционная горячка достигла такого градуса, что не отразить её на экране было бы странно.

ГОРОЖАНЕ

Витрина булочной на Калужской площади украшена вывеской на немецком языке: «Boulangerie Wesseloff» — «Булочная Веселова». В дореволюционной Москве было много представительств иностранной торговли, и такие вывески были нормой, потому что люди более высокого сословия в основной массе владели иностранными языками.

АРХИТЕКТУРА

Вернувшийся из ссылки революционер отправляется на прогулку с сыном. Гуляют они в Верхнем саду Кремля. До начала 1930-х Кремль не был музейным пространством, там жили люди. Если посмотреть фотографии рубежа XIX–XX веков, можно увидеть детей, играющих в мячик на Соборной площади, бельё на верёвках.

С площадки в Верхнем саду открывается вид на храм Христа Спасителя — одну из главных достопримечательностей того времени. Он будет взорван через 14 лет. Видно и Большой каменный мост на старом месте. Он упирался в створ улицы Ленивка, был ближе к храму. Мост, который мы сейчас знаем, построен в 1938 году и унаследовал старое название.

ТРАНСПОРТ

До 1872 года в городе не было общественного транспорта. Были извозчики, которые работали как такси, и частные экипажи. Обычные люди в основном перемещались пешком. Предприниматель Кокорев предложил создать в Москве конный трамвай в 1842 году. Но Московская дума решила, что установление сети конных дорог приведёт к обогащению Кокорева более, чем пойдёт на пользу городу. И ещё на 30 лет об этом забыли. Только в 1872 году, когда в Москве проводили Политехническую выставку, стало понятно, что людей надо как-то перевозить. В городе проживало уже более 600 тысяч человек. В столичном Петербурге лишь на 60 тысяч больше, а конный трамвай там ходил. В Европе и вовсе метро строили, а у нас всё на извозчиках.

Первый парк конных трамвайных дорог был устроен на Миусской площади. Поставленные из Англии вагоны ходили по Тверской Заставе до Красной площади. За несколько лет появились ещё несколько линий, причём они не были государственными. У каждого трамвайного депо был свой хозяин.

Владельцы самого первого парка в конце XIX века предприняли эксперимент и перевели на электрическую тягу одну линию. Прибыль выросла чуть не втрое. Постепенно все трамваи сделали электрическими. Но кто-то из владельцев конок не соглашался строить подстанции и оставался на лошадиных силах. А пути-то одни! Чехов вспоминал, как к нему на Садово-Спасскую ехали друзья: вверх по Садовой-Самотёчной еле двигались лошади с тяжёлым вагоном, а сзади тащились четыре электрических трамвая. Обогнать никак.

«Дом на Трубной» (1928)

Картина 1928 года рассказывает о жизни москвичей на излёте НЭПа. Мелкобуржуазная публика устраивает быт в доме на Трубной улице. Один из жильцов ищет домработницу, не состоящую в профсоюзе. Подходящей для эксплуатации кандидатурой ему кажется деревенская девушка Параша. Вскоре дом на Трубной потрясает известие, что Прасковья избрана депутатом Моссовета от профсоюза горничных.

Режиссёр Борис Барнет с любовью показывает Москву, которая совсем скоро начнёт меняться: узкие улочки скроются под большими проспектами, маленькие домики уступят место сталинским многоэтажкам, на месте кварталов доходных домов возникнут просторные площади.

ГОРОЖАНЕ

Чтобы показать мещанский быт дома на Трубной, на студии «Межрабпом-Русь» построили декорации. Главная их часть — лестница. На ней, а не в своих квартирках, жильцы проводят большую часть времени: ругаются и влюбляются, рубят дрова и одеваются.

Москва в тот момент сталкивается с коммунальным кризисом. Брошенная Воландом фраза про квартирный вопрос, который испортил москвичей, не выдумка Булгакова, а реальность столицы 1920-х годов. Город оказался перенаселённым. До революции последняя перепись проводилась в 1915 году. Насчитали 1 миллион 817 тысяч москвичей. Первая перепись после революции — это 1924–1925 годы — дала результат 4,5 миллиона. Вопрос решали уплотнением. Апартаменты делили фанерными щитами на маленькие клетушки. Первый квадратный метр советского жилья был построен только в 1923 году. Естественно, вся жизнь проходила на лестнице, во дворе, на улице.

Домашняя скотина во дворе — это, конечно, не норма для Москвы. Дореволюционный бытописатель Пётр Боборыкин рассказывал, как шёл поутру в церковь и в районе Арбата увидел на привязи двух коров, обгрызавших кору берёзы. Для него это было дикостью. Но в 1920-е годы закончился военный коммунизм, когда продовольствие выдавали по карточкам. Если во дворе есть какая-то сараюшка, почему бы и курочке в ней не быть? А если есть подсобное помещение, там и поросёнок. Управдом тогда был царь и бог. При лояльном отношении к жильцам он мог такое разрешить.

АРХИТЕКТУРА

По сути из-за жилищного кризиса в 1920-е и появились общественные пространства. В1927 году была принята единая программа строительства клубов. При каждом предприятии, каждой партийной ячейке района устраивалось клубное заведение. Этих помещений требовалось столько, что фактически не устраивали архитектурных конкурсов. Благодаря этому до наших дней сохранилось так много ярких представителей авангарда: ДК им. Русакова, ДК «Каучук», Клуб фабрики «Свобода», ДК им. Зуева.

Внутренний двор дома на Трубной с галерейками снимали на Малой Полянке. Здание до сих пор стоит, правда, галерейки снесли. До революции так нередко устраивались небогатые доходные дома. За счёт открытых галерей застройщик экономил на строительстве тёплого подъезда.

«Дом на Трубной» — одна из последних картин, где можно увидеть храм Христа Спасителя, Красные ворота, стену Китай-города. Например, в этом эпизоде после Сухаревской башни и Исторического музея показывают жилой дом на Манежной площади. Площадь там расчистят только в 1937 году.

ТРАНСПОРТ

На стыке 1920–1930-х в ходу было словечко «отрамваиться». «Отрамваивалась» тогда Москва. Новые маршруты появлялись чуть не каждую неделю. Правда, исчезали так же стремительно, потому что не окупались. Метро ещё не было — оно появится только в 1935 году. В 1925-м нарком внешней торговли Красин закупил 50 автобусов в Англии. Но что такое 50 машин на 4,8 миллиона москвичей? Так что трамвай оставался главным городским транспортом.

Первые правила уличного движения предложил Пётр I. Но жёсткий регламент появился только к началу 1930-х. Если посмотреть кинохронику 1920-х годов, Москва — это город-муравейник, который движется хаотично. В XIX веке проезжая часть — мощённая брусчаткой дорога, а обочины — именно обочины с утоптанной грязью. Ширину и вид тротуаров регламентировали генеральным планом реконструкции Москвы 1935 года, когда стали чертить магистрали.

«Подкидыш» (1939)

Один из первых семейных советских фильмов. По сценарию Агнии Барто и Рины Зелёной, девочка Наташа потерялась и гуляет по Москве. Фильм демонстрирует, что успели сломать и построить по генеральному плану реконструкции города.

ГОРОЖАНЕ

Москва — показательная столица первого в мире социалистического государства. По улицам ездят чистые машины, ходят девочки с бантами, мальчики в гольфах, взрослые — преимущественно в белом.

Уличная газировка в том или ином виде существовала в городе очень долго. Позже её стали продавать в автоматах и киосках. После Олимпиады они стали называться «Пепси-Кола» и «Фанта».

АРХИТЕКТУРА

Конечно, если бы генплан полностью реализовали, Москва была бы совсем другим городом. Но на самом деле к нему позже возвращались. В этом плане, например, был запроектирован Новый Арбат, который построили в 1960-е годы. Проспект Сахарова появился в 1970-е. И Олимпийский проспект, проложенный к Олимпиаде-80.

Тверская улица до 1938 года была шириной 16–18 метров. Когда её сделали магистралью, на разных отрезках теперь уже улица Горького стала шириной от 40 до 56 метров. На месте старых построек появились сталинки. В «Подкидыше» они только-только сданы в эксплуатацию. Видно, что фанерными щитами закрыты витрины будущих магазинов.

ВДНХ, вернее, ВСХВ — Всесоюзная сельскохозяйственная выставка — в те годы попадает чуть не в каждый фильм. В 1939 году она открылась и стала главным общественным пространством Москвы. А Мещанская улица была переименована в проспект Мира и стала показательной магистралью, ведущей к выставке.

ТРАНСПОРТ

С появлением широких проспектов упорядочивается дорожное движение. Людская масса идёт уже не хаотично. Где-то даже писали, что в середине 1930-х хотели регламентировать направление движения по тротуарам, чтобы по правой стороне люди шли из центра в область, по левой — обратно.

Наташу переводят через Тверскую, естественно, по земле. Первый подземный переход построили в 1935 году, но он вёл к станции метро. По нему с обеих сторон Садового кольца можно было попасть на «Смоленскую», вестибюль которой располагался на центральной оси Садового. Первые подземные переходы, не ведущие к метро, появились в 1961 году. Это было событием настолько значимым, что на новогодней обложке журнала «Крокодил» за 1961 год наступающий год изобразили в виде мальчика в шапочке, спускающегося с лыжами в подземный переход.

На заднем плане видно двухэтажный троллейбус. Такие ездили по Москве с 1939 по 1953 год. Одну машину купили в Англии, и на её основе собрали в Ярославле десять. Маршрут был от нынешнего метро «Динамо» по Тверской до Кремля. Но в реалиях Москвы они оказались не очень удобными, особенно зимой из-за сильного раскачивания при движении по скользкой дороге.

Транспортная навигация в советское время менялась постоянно. Наверное, у каждого десятилетия были свои обозначения. Кстати, после введения маршрутной схемы «Магистраль» осенью 2016 года автобусная остановка вернулась на это место. 

Автомобильное движение по Манежной площади сохранялось до 1992 года. Тут даже ходили троллейбусы по краешку. А в 1992-м затеяли строительство торгового центра и решили сделать площадь пешеходной.

«Застава Ильича» (1964)

В 1940-е было не до кино. В 1950-е столицу изображали, как и в 1930-е, показательным городом. А в 1960-е режиссёры, в том числе Марлен Хуциев, снявший фильм о взаимопонимании поколений, уходят с широких проспектов в уютную Москву: бульвары, переулки, дворики. По этому поводу министр культуры Фурцева отчитывала режиссёров хрущёвской оттепели с высокой трибуны: «Почему ваши герои бегают по узеньким грязным переулкам центра? В Москве полно широких проспектов и площадей!»

ГОРОЖАНЕ

В социальном плане годы оттепели, наверное, самое приятное советское время. Теперь только в кино можно увидеть молочницу, которая разносит молоко в бутылках по квартирам в окрестностях Патриарших. Правда, чаще молочницы пользовались бидонами.

Зеленная лавка в подворотне — ещё одна примета времени. Позже торговлю упорядочили, укрупнили. Если овощи, то овощной магазин или хотя бы рынок. А это просто ларёк у арки дома, местечковый. Таких было полно по Москве. Слева на доме видно рекламу мороженого. Как ни удивительно, в 1960–1980-е город был захламлён рекламой. Она была государственной, но её было очень много: политические, спортивные лозунги, «переходите улицу на зелёный сигнал светофора» или вот продукция отечественной пищевой промышленности.

Химия в хрущёвские времена на подъёме, в моду входят новые материалы: нейлон, целлофан. Вот модная московская девушка в целлофановом плаще в горошек.

Танцы под радиолы и катушечные магнитофоны во дворах — обычное дело. Похожая сцена есть в вышедшем с разницей в несколько месяцев фильме «Я шагаю по Москве».

Очередь скопилась к газетному киоску на Большой Грузинской. Утренняя газета — главный источник информации. Телевидение тогда было далеко не у всех, и пресса разлеталась как пирожки.

Снова показывают газировку, на этот раз в автоматах. Их было очень много, причём до конца 1980-х в них была не только вода, но и бутерброды, пирожные, пирожки.

Чтения молодых поэтов собирали огромную аудиторию. Первый раз их устроили в 1958 году при открытии памятника Маяковскому. Всем так понравилось, что чтения повторялись на площади ещё много раз. Потом перекочевали в Политехнический музей, где пользовались бешеной популярностью. Кстати, двадцатиминутная сцена с чтениями попала в фильм по предложению того же министра культуры Фурцевой.

АРХИТЕКТУРА

«Заставу Ильича» открывают кадры идущего по брусчатке революционного патруля. Когда снимался фильм, ещё можно было встретить такое дорожное покрытие, особенно там, где пролегали трамвайные пути. Перед нами улица Дурова со старой застройкой по правой стороне. Она будет сметена при строительстве спорткомплекса «Олимпийский» в конце 1970-х.

В конце фильма солдаты Красной армии выходят из недавно построенного тоннеля на площади Маяковского. Вдалеке видно высотку на площади Восстания. Все семь высоток к тому моменту уже построены. Должно было быть восемь, потому что в 1947 году, когда было принято решение их возводить, Москва праздновала 800-летие.

Восьмую высотку заложили в Зарядье. В фильме показывают её фундамент. Почему не построили — есть байка. Когда дотянули каркас до пятого этажа, спохватились: если вывести здание на планируемую высоту в 34 этажа, сверху будет обстреливаться весь Кремль. Более правдоподобная версия: когда стройка началась, однозначный ответ, не уползёт ли здание в Москву-реку, архитектор Чечулин (автор высотки на Котельнической набережной) дать не смог. Работы заморозили, и Дмитрий Чечулин десять лет переделывал проект, чтобы на этом фундаменте построить гостиницу «Россия».

1960-е — новый строительный бум в Москве. В эти годы в городе сооружено множество тоннелей и эстакад, построен Новый Арбат, о жилищном строительстве и говорить нечего. Здесь показан снос застройки на Земляном Валу (улице Чкалова) — на этом участке расширяли Садовое кольцо до сегодняшних размеров.

Один из символов советской Москвы. Здание Центросоюза на улице Кирова (Мясницкой). Это офисное здание, возведённое в 1930-х годах в центре Москвы по проекту знаменитого архитектора Ле Корбюзье. В 2015 году перед зданием поставили памятник архитектору.

ТРАНСПОРТ

Один из героев несколько раз сталкивается с девушкой — кондуктором трамвая. Во время одной из их поездок видно, как она нажимает кнопку. Это атавизм, оставшийся с дореволюционных времён. Тогда, правда, вместо кнопки был шнур с бубенчиком, который тянулся с задней площадки к водителю. С его помощью кондуктор сообщал, что все вошли и можно закрывать двери.

К концу фильма герой вместо девушки встречает ящик для мелочи. Это новинка того времени — общественный транспорт без кондуктора. В салоне трамвая стоял ящик, пассажир бросал в него 3 копейки (в троллейбусе — 4, в автобусе — 5) и откручивал билетик. Такая доверительная система сохранялась до 1990-х годов.

Помимо традиционного «Не прислоняться», на дверях вагонов метро была надпись «Не мешайте входу и выходу». Метрополитен строился для города с 7-миллионным населением. Пропускная способность эскалаторов, длина и интервал движения составов — всё рассчитывалось на эту цифру. В 1990-е годы пассажиропоток возрос непомерно, и напоминать о том, что стоять в проходе не надо, стало неуместно. В позднее советское время, конечно, вагоны тоже битком ходили, но пробок из людей на станциях всё-таки ещё не было.

Тоже интересный момент — продажа лотерейных билетов на станции «Курская». В 1970-е такого в Москве уже не было, а вот в Ленинграде на станциях метро стояли киоски «Союзпечать».

И снова транспортная навигация — указатели перехода. Кроме того, здесь — на углу Волхонки и Ленивки — четырёхсекционный светофор. У него было два зелёных сигнала, размещённые вертикально. При включённых одновременно двух зелёных водителям разрешалось ехать во всех направлениях. Правила движения тогда существенно отличались от современных.

«Служебный роман» (1977)

«В нашем городе чересчур много жителей, чересчур много приезжих, чересчур много машин, все куда-то спешат, все куда-то опаздывают, всюду толкотня, давка, очереди, но всё равно я люблю этот город, это мой город, это очень хороший город». Так начинается один из самых популярных советских фильмов об отношениях 37-летнего давно разведённого мужчины и его начальницы. В ленте показывают Москву доперестроечную. Очень живой город периода махрового застоя.

ГОРОЖАНЕ

В 1970-е уже нет той общественной жизни на улице, на лестничной клетке. Более того, сценаристы Брагинский и Рязанов внимательно подошли к расселению героев согласно их социальному статусу.

Товарищ Калугина, начальник статистической конторы, на короткой ноге с министром, живёт на Большой Никитской. Статусный ведомственный дом с просторными квартирами. Поскольку это 1970-е, значит в доме уже сидит консьержка и работают скоростные лифты.

Замдиректора Самохвалов — франт, приехавший из-за границы. Живёт не где-нибудь, а на Тверской — улица Горького, дом 9. Очень статусное жильё. У него есть и другой атрибут статуса — автомобиль.

Знакомимся с главным героем, Новосельцевым. Крылечко, с которого он выводит своих мальчика и ещё мальчика, — это переулок Чернышевского, район современный станции метро «Достоевская». Сейчас это тоже центр, но для 1977 года — обычный московский район, совсем не престижный.

Секретарша главы статистического учреждения живёт в Чертанове. Именно в 1970-е появляются спальные районы, поближе к МКАД, и Чертаново пример показательной застройки. Там возводятся дома экспериментальной серии, кварталы застраиваются сразу с инфраструктурой: детскими садами, школами, парикмахерскими, магазинами. Так что Чертаново — это не так плохо.

Оленька Рыжова, рядовая служащая. Она катается из-за города. Квартирный вопрос для обычного человека был практически нерешаемым в столице до самых 1970-х. Некоторые шли на жертву и из комнаты в центре уезжали в ближайший пригород.

Рыжовой удаётся купить гуся. В обеденный перерыв все носились по магазинам, чтобы что-нибудь достать. Как раз в это время начинаются дефициты. В столице, конечно, было мягче, чем в провинциальных городах, но тоже было.

АРХИТЕКТУРА

Снег на деревьях с не опавшей листвой, запечатлённый в фильме, выпал в Москве 18 сентября 1976 года. Первоначально подобной сцены в фильме не планировалось, но режиссёр решил не упустить такой красивый каприз природы и удлинил фильм на три с половиной минуты. В этой сцене видно старый вестибюль станции метро «Воробьёвы горы».

Интересный момент — милицейские стаканы. В начале 2000-х они исчезли, а вот осенью 2016-го в центре поставили несколько штук.

Все внутренности статистического учреждения — это павильоны Мосфильма. А внешне — два дома. Фасад ведомства находится на углу Кузнецкого Моста и Петровки, сейчас там Федеральное агентство морского и речного флота. Со времён «Служебного романа» дом мало изменился, только плафоны светильников заменили новыми.

Крыша учреждения, на которой товарищ Калугина поливает цветы, — это крыша дома Нирнзее, что в Большом Гнездниковском переулке. Дом, построенный в начале ХХ века, до 1925 года был самым высоким в столице. Плоскую крышу быстро облюбовали киношники. В разные годы на ней размещался съёмочный павильон и ресторан с кинотеатром, а в самом доме находилась Ассоциация революционной кинематографии (АРК), у истоков которой стояли Сергей Эйзенштейн и Лев Кулешов.

ТРАНСПОРТ

Машины едут по Самотёчной эстакаде. Транспорта в городе стало ощутимо больше. Где-то 60 процентов легкового и 40 процентов — грузового. Во-первых, тогда личный автомобиль всё ещё был предметом большой роскоши. Во-вторых, в 1970-е для грузовых автомобилей город был открыт. Сейчас фуры остаются на МКАД, а доставкой в магазины и кафе занимаются полугрузовые машины, на которые надо получить кучу разрешений.

«Брат-2» (2000)

В фильмах 1970–1980-х в основном показывают хороший город. Были и исключения, но в советском кино всё-таки была тенденция демонстрировать парадную Москву. К моменту съёмок «Брата» уже прошёл ощутимый промежуток времени после распада Союза, и режиссёр показывает то, что считает нужным.

ГОРОЖАНЕ

Фильм снимался уже на излёте 1990-х, но точно передаёт атмосферу именно начала десятилетия. Местечковые бандформирования, малиновые пиджаки, элитные развлечения. Очень здорово дана Москва в безвременье правления мэра Гавриила Попова, хотя съёмки шли уже при Лужкове. Конечно, здесь 90-е — это гипербола. Вряд ли можно было стрелять и кидаться гранатами во дворе без последствий, но у меня во дворе, например, постреливали.

Горбушка — настоящий символ 90-х. В фильме рынок показан в том виде, в котором зарождался. Миллионы тентовых ларьков вокруг ДК им. Горбунова работали в любую погоду. Все аллеи заняты — музыка, видео, любой софт — здесь уже CD появляется, а изначально — кассеты, пластинки и огромное количество людей. Музыку можно было купить только в магазинах «Мелодия», их с десяток на Москву, и киосках звукозаписи у метро. Но в них был определённый ассортимент. А на Горбушке можно было найти всё. Если ты всё-таки не мог найти что-то, к следующему воскресенью тебе доставали, записывали, привозили. Это был не столько рынок, сколько клуб по интересам.

В 1990-е годы появился поток людей, приезжающих покорять Москву. В 1970–1980-е люди приезжали в Москву учиться, оканчивали вуз и оставались работать. Ещё была «лимита», жившая в общежитиях. Это те, кто приезжал по лимиту, по набору на производства, где не хватало рабочих рук. А с 1990-х и до сих пор люди едут просто в Москву.

АРХИТЕКТУРА

Стык 1980–1990-х — это грязь везде и уличная торговля всем и везде. Общее восприятие города — жёлто-серый обшарпанный фасад. Потому за Лужкова и голосовали, когда он пошёл на второй срок. За небольшой кусок времени, когда он был мэром, стали приводить в порядок дома, колдобины на дорогах вдруг выровнялись, строились мосты. Правда, в итоге всё и ушло «не туда», куда виделось.

Вечернее свидание на крыше дома 1 на набережной Тараса Шевченко. Здесь отсылка к концу 1990-х, потому что иллюминация в город вернулась к концу десятилетия. Первая половина — это серый мрачный город.

Банковские и прочие новорусские учреждения стали занимать исторические здания. Конечно, это не очень хорошо, но, с другой стороны, здание хоть как-то поддерживали, а многие необитаемые просто превратились в хлам и развалились. Здесь снимали не банк, а Федеральное государственное учреждение науки Научно-исследовательский институт киноискусства (ФГУН НИИК) в Дегтярном переулке.

Тогда же открываются первые элитные гимназии. Здесь герои заезжают в Николаевскую. В этом здании и правда располагалась гимназия, но другая — Косицына, а сейчас — Международный фонд славянской письменности и культуры.

ТРАНСПОРТ

В Москве уже много иномарок, на дорогах по нынешним временам немножко пустовато, но трафик уже вполне современный, появляются первые пробки.

Текст: Игнат ОМА